Упрощенная HTML-версия
командуешь ты доброжелательной девушке за прилавком. И всё у тебя замечательно. Ведь за тест
ты получишь «отлично», «туберкулёз» и «травма» предусмотрительно сданы досрочно, а по
психиатрии и «инфекциям» стоят «автоматы»!
В одной телепередаче по модному молодёжному каналу как-то раз показывали одно из
заведений Лас-Вегаса и, как одну из достопримечательностей – шикарный футуристический
унисекс-туалет. Кабинки выполнены из полупрозрачного стекла, за которыми легко
просматривается фигура человека. Как же были бы разочарованы дизайнеры этого туалета, узнай
они, что подобное чудо давно существует в нашей Областной больнице. Студенческий туалет в
новом корпусе! На его двери красуются две буквы: «М» и «Ж», а кабинки выполнены из
полупрозрачной пластмассы. Ощущение уединения обманчиво. Зато каждый студент чувствует себя
как в Лас-Вегасе!
Говоря о пятом курсе нельзя не вспомнить зимнюю сессию, экзамены по педиатрии и ОЗЗ.
Дикие, далеко за тридцатиградусные морозы, высоченные сугробы и утренний мрак. Профессор
Соботюк заходит в аудиторию, где будут принимать педиатрию, со словами: «А что, экзамен не
отменили из-за мороза?» Но студенты не в состоянии оценить юмор экзаменатора, и мысли и тела в
замороженном состоянии.
А уж как проходили занятия по педиатрии! Казалось, что к концу цикла мы сами начнём
гулить, ползать, питаться исключительно творожком «Агуша» и смесью «Балбобек». Вскармливание
детей первого года жизни стало для нас настоящей Голгофой. Но для Лидии Васильевны Макаровой
это была излюбленная тема. «Вы только послушайте, что он говорит!» – с неподдельным
изумлением восклицала она, слушая бессвязный ответ кого-нибудь из нас. Таблицы, калории,
соотношения! Наши виртуальные дети, которым мы составляли рационы, постоянно недоедали,
недополучали или наоборот находились в перекормленном состоянии. «Может он молоком
догонится?..» – рассуждали некоторые вслух, а кто-то просто швырял тетрадь в стену.
Но тише! Не смейтесь так громко! Или кто-то забыл четвёртый курс? Это разочарование, это
недоразумение, этот обман. Где он, обещанный отдых после третьего курса? Кто сказал, что учиться
станет легче? Кто сказал, что можно выходить замуж? Ложь! Академия не имеет привычки прощать
тех, кто позволил себе расслабиться.
Но в сторону обиды. Вспомним же этот неподражаемый, грандиозный и весёлый год. Третий
курс.
Третий. В полной мере его можно оценить лишь сейчас, по прошествии нескольких лет. И в
самом деле… Только представить себе: всё воскресенье (единственный выходной на неделе)
посвящено фармакологии. С утра ты читаешь теорию, силясь запомнить хоть что-то, но понимание
ускользает от тебя уже на третьем листе толстенного учебника. Вечер отдан в дань написанию
рецептов. Естественно, ты не напишешь их все. Дописывать приходится уже на лекции по
фармакологии (следующим утром, в понедельник). После лекции перерыв. И мы идём в столовую,
где берём излюбленные блинчики со сгущёнкой. Впереди занятие по фармакологии, а надежда, как
всегда, на авось. Ведь даже отдав фарме весь выходной день, ты чувствуешь себя абсолютно
неподготовленным!
В начале третьего курса мне казалось, будто я попала в какую-то школу для юных
волшебников, как в фильме про Гарри Поттера. Куча новых непонятных предметов, на изучение
которых, казалось, и целой жизни не хватит, четырёхэтажные термины, больше похожие на
заклинания – есть от чего растеряться.
Ощущение это особенно остро проявлялось на лекциях профессора Кононова. Однажды в
амфитеатре патолого-анатомического корпуса, где они проводились, опоздавшие студенты решили
войти в верхнюю дверь, расположенную на уровне последних рядов. В этот момент профессор
Кононов устремил взгляд на опоздавших и в каком-то исступлении, как мне показалось, закричал:
«Хрюк! Хрюк!» Я подумала, что он сошёл с ума. Но вскоре всё прояснилось. Оказалось, что
Алексей Владимирович кричал: «Крюк!», призывая закрыть верхнюю дверь на крюк, чтобы тем
самым воспрепятствовать просачиванию через неё опоздавших.
Сессия после третьего курса – это испытание не для слабых духом. Это слёзы и смех, это
подлость и наконец свершившаяся справедливость, это вздох разочарования и безудержный возглас
студента, выбегающего с кафедры фармакологии: «Б…! Я сдал!»