Упрощенная HTML-версия
282
«Просматриваю старые фотографии… Знакомые лица –
улыбки, смех, слёзы; встречи и расставания, праздничные засто-
лья и печальные события.
Сколько людей встречаем мы в жизни, и у каждого своя
судьба, свой начертанный всевышним путь. Многих, многих род-
ных и друзей давно уже нет на земле. Но каждый их уход отзыва-
ется болью и неизбежностью факта в моей душе. Острее всего и
ощутима утрата от потери того, кто совсем недавно был рядом,
кто улыбался, шутил и вместе с тем вершил очень важные, необ-
ходимые профессиональные обязанности, помогал превозмочь
недуги многим знакомым и незнакомым людям.
Таким был наш дорогой незабвенный друг Анатолий Нико-
лаевич Горячев, доктор медицинских наук, профессор, много лет
возглавлявший кафедру травматологии и ортопедии медицинской
академии в Омске.
Мы с мужем познакомились с семьёй Горячевых более 30 лет
назад, на 50-летнем юбилее нашего общего друга. Тогда мы не
знали, что Анатолий Николаевич – ведущий травматолог обла-
сти, а мой муж, Савин Эдуард Исаакович, – известный в городе
фотожурналист, просто встретились в компании и почувствовали
симпатию, душевное единство с Анатолием Николаевичем и Ва-
лентиной Михайловной. Как говорится – стали дружить семьями.
Горячевы оказались заядлыми театралами, меломанами, по-
сетителями выставок и музеев. Меня поразило огромное количе-
ство прекрасных альбомов живописи в библиотеке Анатолия Ни-
колаевича. Когда он успевал всё охватить, всем интересоваться,
этот очень занятый, увлечённый своей профессией человек?
Что говорить – профессия врача многогранна. Он общается с
живым человеческим организмом, находящимся в стадии болезни
и страданий. Тут, помимо высочайших профессиональных ка-
честв не обойтись без психологии, терпения, такта, чтобы до-
стичь положительных результатов. Анатолий Николаевич обла-
дал всем этим – без сомненья!
Я не раз лежала в травматологии и наблюдала, как прост и
естествен был профессор Горячев с больными. Его глаза источа-
ли внимание, доброжелательность и сочувствие. Часто состояние
больного было сложным, критическим, но от общения с Анато-
лием Николаевичем появлялись надежда и спокойствие.